В один морозный декабрьский день высокий блондин подошел к микрофону и стал говорить с 80 тысячами людей на севере Москвы. Это был не рок-концерт и не футбольный матч. Это была антиправительственная демонстрация — самая крупная в России со времен распада Советского союза в 1991. Фигурой, стоящей на сцене, был Алексей Навальный, юрист 35 лет. Практически неизвестный 2 года назад, за последние 6 недель он стал талисманом растущего движения протеста, которое вынудило Кремль и российского премьера Владимира Путина занять оборонительные позиции.“Я читал одну книжечку», крикнул Навальный, на котором были джинсы, черное пальто и вязанный серый шарф. «Называется "Конституция Российской Федерации". И в ней четко указано, что единственным источником власти является народ Российской Федерации. Поэтому я не хочу слушать тех, кто говорит, что мы сейчас обращаемся к власти. Кто здесь власть?» «Мы!», закричала толпа в восторге. «Кто есть власть?», повторяет Навальный. «Мы!».
Читать дальше...
В первой половине 50-х годов Москва неожиданно высказала согласие на объединение Германии. Когда в июне 1950 года в Корее вспыхнула война, никто не мог подумать, что мир с Москвой гипотетически возможен. Прекрасной иллюстрацией пессимистических настроений того времени служит высказывание британского премьер-министра Уинстона Черчилля о том, что «шансы прийти со Сталиным к какому-либо соглашению практически равны нулю». Советское предложение от 10 марта 1952 года стало для союзников сюрпризом.
Им меня не одолеть. Сколько людей вышло на митинги в Москве? Сто тысяч? Буйнопомешанное меньшинство. Бандерлоги, ничтожества, ими дистанционно управляют американцы, которые только и мечтают, как бы сравнять Россию с землей. Они надеются произвести на меня впечатление, эти огузки. Не тут-то было – я вывернусь. У России хватает запасов валюты, есть чем подмазать. Я разрешил мальчишке (Медведеву) объявить о политических реформах, это им понравится. Они заморочат голову наивным. Самое важное - никогда не показывать слабости. Иначе разорвут.
Российский премьер-министр Владимир Путин пообещал, что предстоящие в марте президентские выборы будут честными. Между тем опрос показывает, что недавние протесты против предполагаемой подтасовки результатов голосования поддерживают 44% россиян.
На фоне двадцатилетнего юбилея распада Советского Союза снова стало модно рассуждать о том, насколько жуткой была советская система. Любопытно, в какой степени это настроение умов следует считать продуктом контролируемых Западом СМИ. Я не хочу сейчас обсуждать различия между теорией коммунизма и тем, чем оказался сталинизм. Я также не собираюсь сбрасывать со счетов совершенные режимом злодеяния. Все, что я хочу сейчас сделать – это вспомнить о чем-то, за что мы должны быть благодарны СССР, хотя никогда об этом не говорим.
Акция протеста, прошедшая в субботу, выглядела вдвойне впечатляюще, так как многим участникам легко было бы найти причины на нее не идти. Шел снег, холод пронизывал до костей и вдобавок в России начинался период праздников. Тем не менее, в Москве на проспект академика Сахарова (названный в честь небезызвестного советского диссидента) вышли, по моим примерным подсчетам от 50 000 до 100 000 человек. После этого кремлевские «наблюдатели», прятавшиеся за тонированными стеклами в дорогих автомобилях за полицейскими кордонами, безусловно, должны были понять, что беспрецедентные протесты двухнедельной давности не были случайностью.
Расчет прост, но до этого еще нужно было додуматься: тот, кто пишет тест по математике, не может одновременно участвовать в демонстрации. Российским чиновникам пришла в голову весьма креативная идея относительно того, каким образом свести к минимуму масштаб антиправительственных акций оппозиции. Теперь это уравнение предстоит проверить, и сделать это можно будет в субботу на этой неделе. В Москве на проспекте Сахарова будет проведена очередная крупная демонстрация за справедливые выборы, а в это время ученики московских школ с девятого по одиннадцатый класс будут вынуждены сдавать важный экзамен.
Жгучий сарказм и страстная антикоррупционная риторика Навального превратили его в популярного среди многих россиян оратора. Это люди, заявляющие, что им надоели уловки и нерадивость властей. Навальный придумал ставшее весьма популярным определение для управляемой из Кремля партии «Единая Россия», назвав ее «партией жуликов и воров». Эта фраза стала боевым кличем протестующих.